Homo Agressivus: причта о бонобо и шимпанзе

Люди думают о себе совсем не так, как они действуют на деле

Мы пишем книгу о том, что такое человек, что значит им быть, и кем он станет. Соответственно, исследуем эту тему в хвост и гриву. Но не надо копать глубоко, чтобы выяснить что люди думают о себе совсем не так, как они действуют на деле. И, вообще, отрекаются от себя как Петр от Иисуса.

И пример тому — противопоставление бонобо и шимпанзе.

Если кто не в курсе, то это два вида обезьян, очень похожих внешне. Но бонобо миролюбивы, не агрессивны, питаются фруктами, устраивают групповухи, еще и ЛГБТ-френдли. Как видите, бонобо почти не различимы с хиппующими woke-кофаундерами стартапов по трекингу качества медитации. Разве что, в отличие от кофаундеров, обезьян сложно приучить к унитазу.

А вот шимпанзе — это совсем другое дело. Они агрессоры, насильники, регулярно воюют с другими шимпанзе и захватывают секс-рабов, и не прочь сожрать живём другую обезьяну. Изобретательность свою они направляют в разрушительное русло, и обладают для причинения всякого зла сильными мышцами и фотографической памятью на числа, превосходящей человеческие способности. И когда доходит до сравнения между этими двумя видами, вполне авторитетные источники пишут: «Бонобо куда ближе к людям, чем к шимпанзе». И снисходительно посмеиваются, ведь что и те, и другие — всратые жестокие животные. Не то что человек.

Ага, черта с два.

Люди в разы агрессивнее, чем бонобо и шимпанзе, и иерархия внутри человеческой стаи куда жестче. Наши предки кроманьонцы и вовсе сожрали и перенесиловали целый вид неандертальцев. Из-за чего последние получили повышение из доисторических людей до ископаемых, а гены неандертальских женщин включились в генофонд белых угнетателей. Кроме того, даже при наличии еды и территории, люди умудряются воевать между собой всю известную историю. Но когда шимпанзе могут угробить лишь другое шимпанзе, люди придумали ядерные палки, которые могут угробить всю планету.

Это был бесплатный пересказ всех книг Харрари вместе взятых. Только научно-достоверная и без ностальгии по смерти на охоте десять тысяч лет назад. Налетайте, и отправьте ссылочку своему другу.

Итак, мы остановились на том, что люди — это самый агрессивный вид приматов. Люди прошли отбор эволюции по этому признаку. Те наши пра-пра-прадедушки, которые были не агрессивны, просто умерли, как и умерли когда-то вся котята, которые не были игривые. И потому сейчас котятки такие игривые, а маленькие дети такие драчливые и любят пытать жучков и паучков. Так работает эволюция.

Из этого вытекает две вещи. Первое — это то, что агрессия как эмоция является частью человека, его способом познания мира, других и самого себя. Второе то, что эмоции — это единственный мотиватор и побуждатор человека в принципе. Второе, на самом деле, не вытекло из истории о наших предках, но от того не менее правдиво. Простите за жульничество.

И если желание ощутить чувство власти, силы и одобрения завернуто в толстый лаваш рационализации, вроде цели стать крутым продакт-менеджером или супер-спортсменом, эмоции от этого не становятся менее важными. Они вообще могут быть воображаемыми и не фигурировать в сознании. Но кроме эмоций нет ничего.